7 декабря – Событие Roots United Night х Moscow Читать далее
Жак Энтони. Интервью Читать далее
VW BULLI ПРЕДСТАВЛЯЕТ ФЕСТИВАЛИ 2018-2019 Читать далее
Мексиканская мифология и британская электроника на Olmeca Fiesta Muerte Читать далее

Жак Энтони. Интервью

Жак Энтони. Интервью

У Жака Энтони пестрая география: родился в Вологде, жил в Конго, сбежал от гражданской войны в московское Медведково, потом обосновался Санкт-Петербурге. Перебрал много музыкальных школ, где полюбил джаз и блюз. А дома слушал рэп отчима Лигалайза — и с детства пробовал себя в хип-хопе, сменив дюжину псевдонимов. Учился на политолога, служил в армии, пробовал себя в качестве оператора, дизайнера, режиссера. Жак много всего повидал на пути к успеху — неудивительно, что в какой-то момент появилась ассоциация с Дорианом Греем. Именем персонажа назван альбом в двух томах: первый вышел в прошлом году, «Дориан Грей. Том 2» появится вот-вот.

Для кого ты пишешь песни?


Для себя, в первую очередь. Моя целевая аудитория — это я лет 5-6 назад. Я стараюсь писать то, что бы мне помогло, что бы меня вдохновило, успокоило, развеселило. У меня никогда не было отца или старшего брата, поэтому иногда складывается ощущение, что я воспитываю себя в прошлом, возвращаюсь туда и что-то себе говорю.

С реальной аудиторией ты тоже активно общаешься, вживую и в соцсетях.


Конечно. И чаще всего меня либо вообще не понимают, либо понимают лучше, чем я сам. Кто-нибудь как придет в комментарии, как раздекодит мою строчку, я сижу и думаю: я вот ее написал и даже не рассмотрел с этой точки зрения. Некоторые подписчики копают еще глубже, чем я. Для таких людей хочется писать. Для тех, кто умеет и хочет слушать.


Давай поможем людям тебя понять. Расскажи, что стоит за твоими песнями. У тебя ведь очень необычная судьба, куча стран, культур…


Обычно я вдохновляюсь бытом. Но он у меня он всегда разный! Я ни в одной школе я не учился больше полутора лет. Почти десять лет я жил только в Санкт-Петербурге, и то с перерывом на Конго. Жизнь бьет ключом, темп очень быстрый, все постоянно меняется. Моя музыка такая же спонтанная и неожиданная, как и моя жизнь.


А что в твоих песнях из Конго?


Как ни странно, на эмоциях от Конго я не написал еще ни одного трека. Надеюсь, скоро скатаюсь туда и что-нибудь напишу. Скорее всего, на французском — это государственный язык Конго. Пока для меня это совсем чужая культура, часть моей истории, но не вторая родина. Может, потому что я еще не знаком с отцом лично.


Кто твой отец? Какую роль он играет в твоей жизни?


Когда мне исполнился 21 год, раздался звонок: «Привет, я твой папа». Я был в шоке, но мама сказала — все нормально, он нашел ее и узнал мой телефон. Мама в 15 лет ушла из дома, а в 16 забеременела и ничего ему не сказала. Батя не виноват, он не знал, что я существую. И теперь очень рад, что у него обнаружился старший сын, часто звонит. Но он не любит, что я занимаюсь рэпом.


А сам он чем занимается?


Он нефтяник. И меня хочет видеть нефтяником. Это стандартная африканская схема: семейный бизнес передают из поколения в поколение. Сейчас он уже смирился, но всегда говорит: «Сынок, иди учись, или давай я тебе денег дам, и хватит этого рэпа? Нет? Ну, смотри, да хранит тебя Бог!»


У тебя ведь есть планы, не связанные с музыкой?


Скорее желания. Вообще, я готов заниматься всем, что у меня получится. Очень хочется снять полнометражный фильм, но перед этим нужно набить руку в коротком метре. Клипмейкинг — это совсем другая история, документальное кино тоже. А мне хочется снимать полноценное художественное кино. Не ширпотреб, как обычно в России. Для меня эталон — Тарковский: такие фильмы входят в историю! Сейчас у нас почти нет настоящего кино.


Что не так с современным русским кино? Что бы ты хотел изменить?


Проблема русского кинематографа — в постпродакшне и в актерской элите. Их чертова система Станиславского никуда не годится: не понимаю, как можно в наше время так нарочито играть? Любой ситкомовский актер Голливуда на десять голов выше наших звезд, обидно. Новая школа есть: например, Гоголь-центр. Но правит элита и рейтинги. В Голливуде бывает, что гитариста берут с улицы и делают Джонни Деппом, так и должно быть! Надо искать таланты в бедных слоях населения, только голодный человек может зажечь в себе творческую искру. Дети богатых родителей — причина того, что у нас такой колхозный шоу-бизнес.

Ты прошел через многое, но теперь добился успеха. Скажи, что для тебя рэп? Это ведь изначально андеграундное явление, а сейчас есть коммерческий рэп сытых звезд. Где в этом всем ты?


Рэп — это не музыка, это образ жизни. Но я не отношусь к рэпу как к андеграунду. В таком образе жизни есть своя романтика, свой шарм, но он подходит не всем. Из одного человека он делает личность, а из другого мусор. Это достаточно оппозиционная культура, но я не делаю ничего, что может навредить людям. Некоторые рэперы фанатов бьют на концертах, и люди потом берут с них пример.


Для меня рэп — это твой независимый взгляд на мир. Ведь как устроена поп-музыка? Команда села, изучила тренды, один написал текст, другой аранжировку — артист не проживает то, что он отдает слушателю. А я не гонюсь за рейтингами. Мне не обидно, если мой альбом не популярен, обидно, если его не понимают.


Что, например, не понимали?


Например, мои эксперименты с джазом, блюзом. Или когда тексты чуть глубже. У меня в один период вышло два клипа: «Делай как надо» и «Сигналы» — у первого миллионы просмотров, а про второй у меня до сих пор сердце кровью обливается, скольких людей он зацепил. Большинству не заходит то, что глубже танцевальной музыки, это сильно расстраивает.


А в новом альбоме будут эксперименты с джазом, блюзом?


В новом альбоме уже есть разные эксперименты. Но я сейчас перед сложным выбором: включать их в альбом или нет? Гнуть свою линию до конца или опубликовать то, что от меня ждут? Ведь если трек не поймут, пострадает целостность впечатления. Вот человек слушает альбом, треки последовательно сохраняют определенную энергию, и вдруг раз — что-то вообще не заходит. Это выбивает из колеи, ты взял и обломал человеку кайф. Это как если ты спишь с женщиной, а она вдруг с тебя слезает и уходит. Поэтому нельзя совсем игнорировать мнение слушателей.

Это уже второй альбом про Дориана Грея. Это твое альтер эго? Зачем потребовалось создавать два альбома?


Я бы не сказал, что воспринимаю Дориана как альтер эго. Но был момент, когда свое эмоциональное состояние я сравнивал с состоянием персонажа. Этот период длился месяцев пять и закончился, когда я написал первый альбом. Второй альбом — как раз о том, как из этого выйти. Это как книги Гитлера «Майн кампф» и Ницше «Так говорил Заратустра». Оба человека были неадекватными, один другого сбайтил, но у Ницше в книге был свет, а у Гитлера одна тьма. Вот у меня то же, но в обратной последовательности. У Дориана все закончилось плохо, он якобы все осознал, но симпатии все равно не вызывает. А я хочу, чтобы моя история закончилась хорошо.


Расскажи, чем вы похожи с Дорианом.


Я, например, верю в трансерфинг реальности, в ее программирование словом. Многое из того, что я пишу, сбывается. Я всегда пишу с небольшим прогнозом: иногда на пару недель, иногда на год. Например, трек «Падший» частично сбылся в 2016 году, а частично месяц назад. Я песни пишу как принтер: сажусь, включаю внутри себя бит, и на какое-то время меня выключает. Перестаю ощущать место, время, я наедине с музыкой и текстом. Я не могу писать мозгом, я пишу на автопилоте. Обычно уходит минут 40-50 на целую песню. Если не успеваю, она для меня становится нечестной, и я ее больше не пишу. И потом стараюсь ничего не менять. Иной раз я сам не сразу понимаю, что написал, а потом оно сбывается.


А если меня кто-то прервет, у меня все останавливается, и я не могу писать дальше, я выкидываю трек, психую, разбиваю телефон. За этот год я разбил телефонов восемь в такие дребезги… Причем по несколько раз. Разбивал, приносил в ремонт, они мне его чинили, а через день я им его приносил снова разбитый.


Поэтому ты решил стать амбассадором Nokia?

Это не просто сотрудничество из-за гонораров, но видимо настолько  сошлись звезды на небе, что  уже на  Земле наш  посыл соединился воедино, словно текст с музыкой, и вылилось в дальнейшем в волну созвучности  наших общих идей, которые мы  и несем в массы.  Но ведь, более того, Nokia -  это бренд  из  детства, а детские годы это всегда только самые добрые и теплые воспоминания.  Один из первых телефонов был именно  Nokia, который получил в подарок от самых близких мне людей, бренд так и продолжает  меня преследовать в моем жизненном  пространстве, причем в хорошем смысле слова, чему я очень рад. И с самого детства в голове сидит старый добрый: «Connecting people", идея которого, идёт нога в ногу с моей позицией по жизни.
 


«Портрет Дориана Грея» — книга про гедонизм, успех и расплату за все пороки.


В альбоме это все будет. Причем более взвешенно, чем в первой части. Там все более поверхностно и категорично, а здесь — глубже, и в итоге это более жизнерадостная позиция. А расплата… В этой жизни мы платим только за то, за что сами заставляем себя платить. Я не вижу ничего плохого в том, чтобы идти на поводу у своих желаний. Наша свобода хороша до тех пор, пока она не ущемляет чужую свободу. Как можно осуждать людей с другой кожей или ориентацией, или тех, кто что-то употребляет? Я считаю, что самое большое зло в мире — это предвзятость. Даже большее, чем убийство: ведь у него может быть важный мотив, например, спасение ребенка. А из предвзятости рождается и насилие, и грабеж, и все остальное.

Это противоречит идее рэп-баттлов. Там и расизм, и сексизм, и еще много измов.


Я ненавижу рэп-баттлы, это культура, к которой я не притрагиваюсь. Меня в них смущает лицемерие. Люди унижают друг друга слишком публично. Любой школьник может найти это в интернете, а потом разводить в школе то же самое. Баттл-культура оказывает слишком массовое влияние на подрастающее поколение. А сексизм и расизм, когда это юмор, а не реальная ненависть, бывает остроумным. Даже американцы умеют с лояльно относиться к шуткам про чернокожих, когда это в рамках стендапа, а шутят сами чернокожие.


Когда нам ждать новый альбом?


Он должен был выйти 31 августа, но я не могу его выпустить альбом, пока я не экранизирую некоторые работы, не подготовлю промо-пакет, брошюру с декодингом. А еще я хочу сделать буклет — чтобы избежать извечного непонимания. Многие мои панчлайны остаются недооцененными, потому что люди не вдумываются в мои отсылки, не знают таких слов, явлений. В буклете я все объясню, подготовлю слушателей, а потом уже выпущу альбом. Надеюсь, они не поленятся вникнуть.

 

Интервью и фото: Анна Демчикова
 

 
comments powered by Disqus