Fellows: Kollektiv Turmstrasse Читать далее
Classixx «Хорошая музыка заставляет людей забыть обо всем» Читать далее
ЛЕГЕНДАРНАЯ НОЧЬ WODB В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ! Читать далее
Тульский завод «Октава» заключил договор с OZON.ru Читать далее

Влад Чередниченко: «Я стопроцентно концертный звукорежиссер…»

Влад Чередниченко: «Я стопроцентно концертный звукорежиссер…»

Интервью: Владимир Сапрыкин

 

В этом, самом теплом, сезоне года мы продолжаем нашу серию интервью с самыми яркими людьми своей профессии. Думаю, что группу «Ума Турман» знают все, а вот кто «доставляет» звук на сцену, обрабатывает и синхронизирует, – только довольно узкий профессиональный круг. Исправляем положение вещей и наслаждаемся общением с Владом Чередниченко.

 

– Здравствуйте. Прежде всего, давайте внесем ясность. Я знаю, что Вы звукорежиссер, что работаете, в частности, с группой «Ума Турман», но какой именно звукорежиссер?

– Я стопроцентно концертный звукорежиссер. В студии в свое время работать пробовал, но быстро понял, что это не мое, все-таки «магия четырех стен» сильно давит, так что себя я в этом не нашел. Тем более что я человек темпераментный, мне нужно передвигаться, куда-то ездить, видеть что-то новое, приобретать новый опыт. В студии, конечно, такого нет.

– А со своими исполнителями Вы ездите постоянно? С теми же «Ума Турман», в частности?

– Да, я с ними практически с самого основания группы, в августе будет двенадцать лет. И не только на гастролях. Есть еще радиоэфиры, съемки… Ведь мы не умеем играть под «фанеру», мы играем только вживую. А значит, всегда есть фронт работ.

 

– Это здорово! Но это значит, что Вам всегда нужен полный комплект оборудования. Как Вы действуете: возите все с собой, или же что-то заказываете на местах, у принимающей стороны?

– Что касается барабанных сетапов, то мы составляем райдер, и нам все это предоставляют на местах. А в остальном, in-ear мониторинг, микрофоны, бодипаки – это мы возим свое. Скоро ожидаем поставку вокальных микрофонов Neumann, будем работать с ними. Вообще исторически так сложилось, что мы начинали работать в основном с оборудованием Sennheiser, и поскольку оно нам нравилось, то мы так и продолжаем им пользоваться, иногда обновляя линейки.

 

– А что еще используете из этой марки?

– У нас есть радиосистема на базе приемника EM 3732 с ручным передатчиком SKM 5200 и микрофонной головкой МЕ 5005, это для лидер-вокала, и проводные микрофоны е 945 для бэк-вокалистов. Еще мы используем ручные передатчики SKM 2000 «двухтысячной» серии. Ну и, конечно, системы персонального In-Ear мониторинга. Сейчас, например, мы заказали и ждем, когда привезут микрофоны Neumann для подзвучки барабанов и микрофоны Sennheiser E 606 для подзвучки гитар.

 


– Кстати, о персональном мониторинге. А как вообще артисты себя с этим чувствуют? Уши закрыты, фактически у них же отсечка от внешнего мира, – удобно ли это? Не устают ли уши от такого восприятия?

– Здесь есть свои нюансы. Есть мониторный инженер, который за этим следит. Используются амбиент-микрофоны в зале, с правильно выставленной задержкой, чтобы артист слышал не только то, что играет, но и воздух вокруг, чтобы он не ощущал себя изолированным от зала. Это действительно удобно, поскольку не всегда площадка может предоставить приемлемый мониторинг. Есть множество площадок, строго говоря, вообще не предназначенных для живых концертов. Просто акустика не слишком для этого приспособлена. Так что в этом спасение.

 

– Но ведь реальный звуковой образ, который мы слышим, в обычных условиях складывается именно в пространстве, а когда мы собираем сигнал в наушниках, к тому же, вкладышах, то может получиться несколько иная картина, просто сумма звуков. И воспринимается она несколько иначе.

– Здесь действительно есть много нюансов. При использовании персонального мониторинга на выходе получаем качественную звуковую картинку с абсолютно линейным сигналом. И чтобы все собрать в нормальном, живом виде, мониторному инженеру нужно потрудиться, для того он и сидит. Но результат того стоит. Например, европейские специалисты только так и работают.

 

– То есть, на сцене у них не шумно?

– Я бы даже сказал, что у них на сцене вообще тихо. Тем более что современные технологии позволяют, например, использовать уже не комбоусилители для гитары, а устройства эмуляции гитарного звучания. Ничего громкого уже не осталось. Кстати, совсем недавно, в январе, я был на концерте Элли Голдинг, которая пела именно в передатчик Sennheiser SKM 5200 с микрофонной головкой Neumann KK 105, и у них все артисты на сцене использовали персональный мониторинг, даже танцоры.

 

– То есть, все работали с беспроводными системами персонального мониторинга?

 – Да, именно так.

 


– А мониторный микс Вы строите отдельно от того, что даете в зал зрителям?

– Да, это само собой. Мониторный инженер сидит в таких же наушниках, как и солисты, и отстраивает баланс. Причем, активный мониторинг дает фантастические возможности в плане организации баланса звука. Каждый артист имеет возможность настроить баланс абсолютно по-разному. Порой, когда прослушиваешь мониторинг артиста, сильно удивляешься.

 

– То есть, реальной картинке, которая идет в зал, он не соответствует?

– Вообще никак.

 

– Но ему удобно?

– Да, в этом главная задача.

 

– То есть, каждый артист может настроить свой собственный мониторный микс, удобный именно для него?

– Да, «раздача» у каждого своя.

 

– А как Вы отстраиваете звук в зале?

– Во-первых, на площадке всегда есть системный инженер, мы всегда его требуем в райдере, и вместе с ним настраиваем нужный нам звук. А вообще, поскольку мы работаем с цифровым пультом, многие проблемы решаются достаточно легко. Везде работают современные процессоры, существуют уже прописанные заводские пресеты, которые существенно упрощают работу. Это в 90-х годах иногда приходилось долго и нудно настраивать кроссоверы. А сейчас достаточно скачать пресет с настройками из Интернета, загрузить его – и все. Исчезает механическая работа. Я, например, не использую графические эквалайзеры в порталах. Использую или линейную компрессию, или динамический эквалайзер, которые не так явно меняют звучание в колонках.

 

– А насколько вообще Ваша работа зависит от райдеров? Я помню, что активное оборудование, в основном, возите с собой, но все-таки, можно ли рассказать немного подробней?

– Да, действительно, микрофоны и системы in-ear мониторинга у нас всегда с собой. Это основное оборудование. Но сейчас мы готовимся к тому, что вскоре будем возить свой сетап полностью: и гитарное оборудование, и барабаны… То есть, будем абсолютно независимы от того, что нам ставят.

 

– Пульт Вы тоже возите с собой?

– Да, конечно.

 

– А какая модель?

– Это цифровик серии Midas Pro.

 

– Насколько удобно работать с цифровым пультом?

– Цифровой пульт вообще позволяет делать многое из того, что на аналоговом пульте делать нельзя. Например, поканальную задержку. Можно сдвигать фазу любой входной линии, чтобы свести в одну точку, например, звук от гитары в директ-боксе и бас-барабан. На аналоговом пульте это сделать нельзя. Можно много чего сделать, даже собственные настройки под каждую песню.

Вообще есть много нюансов. Поскольку отечественных цифровых пультов мы пока не наблюдаем, естественно, что и наработки, в первую очередь, появляются у наших западных коллег. Я имею возможность посмотреть их опыт и могу сказать, что их видение звучания с приходом цифровых консолей сильно изменилось и даже ушло вперед по сравнению с нашим. Например, «у нас» распространено мнение, что если есть цифровой пульт, то можно всего лишь не возить с собой обработку, эквалайзеры, гейты, экспандеры и так далее. Но это слишком упрощенный подход, на самом же деле возможности цифровой консоли значительно шире. Ведь можно создать для каждой песни свой пресет, с разным уровнем атаки компрессоров, гейтов, менять звучание ударных, гитар, – то есть, вообще сделать пресеты с абсолютно разным характером звучания. Иными словами, появилась возможность в реальном времени делать мастер, то есть, максимально приблизить звучание каждой песни к тому, как она будет звучать на пластинке.

 

– Но для этого должна быть проделана какая-то предварительная работа, так?

– Конечно. Несколько месяцев репетиций все записывается в пульт, а в конце просто выбираешь пресет, и все, звук готов.

 

– Напоследок я бы хотел вернуться немного назад, и вот с какой целью. Вы неоднократно упоминали бренд Sennheiser, из чего я делаю вывод, что оборудованию этой марки вы отводите в своей работе особенное место. Микрофоны, в основном, этой марки, наушники тоже. А почему именно Sennheiser?

– Ну, наверное, так звезды сошлись. Мне всегда нравилась пятитысячная серия радиомикрофонов Sennheiser. Я считаю, что это вообще универсальная система, несмотря на то, что была изобретена достаточно давно. Сейчас в ее состав входит приемник EM 3732 с А/Ц преобразователем аудиосигнала, который имеет возможность работать по AES, чисто в «цифре», с частотой дискретизации в 96 килогерц. И все это приходит сразу в пульт. То есть, действительно удобно. И когда мы пробовали наушники, они тоже показали себя хорошо. Что тут еще скажешь? Например, изначально у Володи Крестовского был микрофон e 945, он действительно универсальный. Мы, конечно, брали преимущественно топовые серии, но да, они нам нравились. Есть результат, и это важно.

 

 
comments powered by Disqus